Под славным городом под Киевом,
На тех на степях на Цицарскиих,
Под славным городом под Киевом,
Стояла застава богатырская.
На заставе атаман был Илья Муромец,
Податаманье был Добрыня Никитич млад,
Есаул Алеша Поповский сын,
Еще был у них Гришка Боярский сын,
Был у них Васька Долгополой.
Все были братцы в разъездьице:
Гришка Боярский в те пор кравчим жил,
Алеша Попович ездил в Киев-град,
Илья Муромец был в чистом поле,
Спал в белом шатре,
Добрыня Никитич ездил ко синю морю,
Ко синю морю ездил за охотою,
За той ли за охотой за молодецкою,
На охоте стрелять гусей, лебедей.
Едет Добрыня из чиста поля,
В чистом поле увидел ископоть великую,
Ископоть велика — полпечи.
учал он ископоть досматривать:
— Еще что же то за богатырь ехал?
Из этой земли из Жидовския
Проехал Жидовин могуч богатырь
На эти степи Цицарския!
Приехал Добрыня в стольный Киев-град,
Прибирал свою братию приборную:
— Ой вы гой еси, братцы-ребятушки!
Мы что на заставушке устояли.
Что на заставушке углядели?
Мимо нашу заставу богатырь ехал!
Собирались они на заставу богатырскую.
Стали думу крепкую думати:
Кому ехать за нахвальщиком?
Положили на Ваську Долгополого.
Говорит большой богатырь Илья Муромец,
Свет атаман сын Иванович:
— Неладно, ребятушки, положили;
У Васьки полы долгия,
По земле ходит Васька — заплетается,
На бою на драке заплетется,
Погинет Васька по-напрасному.
Положили на Гришку на Боярского:
Гришке ехать за нахвальщиком,
Настигать нахвальщика в чистом поле.
Говорит большой богатырь Илья Муромец,
Свет атаман сын Иванович:
— Неладно, ребятушки, удумали,
Гришка рода боярского:
Боярские роды хвастливые,
На бою-драке призахвастается,
Погинет Гришка по-напрасному.
Положились на Алешу на Поповича:
Алешке ехать за нахвальщиком,
Настигать нахвальщика в чистом поле,
Побить нахвальщика на чистом поле.
Говорит большой богатырь Илья Муромец,
Свет атаман сын Иванович:
— Неладно, ребятушки, положили:
Алешинька рода поповского,
Поповские глаза завидущие,
Поповские руки загребущие,
Увидит Алеша на нахвальщике
Много злата, серебра,-
Злату Алеша позавидует,
Погинет Алеша по-напрасному.
Положили на Добрыню Никитича:
Добрынюшке ехать за нахвальщиком,
Настигать нахвальщика в чистом поле,
Побить нахвальщика на чистом поле,
По плеч отсечь буйну голову,
Повезти на заставу богатырскую.
Добрыня того не отпирается.
Походит Добрыня на конюший двор,
Имает Добрыня добра коня,
Уздает в уздечку тесмянную.
Седлает в седелышко черкеское,
В тороках вяжет палицу боевую,
Она свесом та палица девяносто пуд,
На бедры берет саблю вострую,
В руки берет плеть шелковую,
Поезжает на гору Сорочинскую.
Посмотрел из трубочки серебряной:
Увидел на поле чернизину;
Поехал прямо на чернизину,
Кричал зычным, звонким голосом:
— Вор, собака, нахвальщина!
Зачем нашу заставу проезжаешь,
Атаману Илье Муромцу не бьешь челом?
Податаману Добрыне Никитичу?
Есаулу Алеше в казну не кладешь
На всю нашу братию наборную?
Учул нахвальщина зычен голос,
Поворачивал нахвальщина добра коня,
Попущал на Добрыню Никитича.
Сыра мать-земля всколебалася,
Из озер вода выливалася,
Под Добрыней конь на коленца пал.
Добрыня Никитич млад
Господу Богу возмолится
И Мати Пресвятой Богородице:
— Унеси, Господи, от нахвальщика.
Под Добрыней конь посправился,
Уехал на заставу богатырскую.
Илья Муромец встречает его
Со братиею со приборною.
Сказывает Добрыня Никитич млад:
— Как выехал на гору Сорочинскую,
Посмотрел из трубочки серебряной,
Увидел на поле чернизину,
Поехал прямо на чернизину,
Кричал громким, зычным голосом:
«Вор, собака, нахвальщина!
Зачем ты нашу заставу проезжаешь,
Атаману Илье Муромцу не бьешь челом?
Податаманью Добрыне Никитичу?
Есаулу Алеше в казну не кладешь
На всю нашу братью на приборную?»
Услышал вор-нахвальщина зычен голос,
Поворачивал нахвальщина добра коня,
Попущал на меня, добра молодца:
Сыра мать-земля всколыбалася,
Из озер вода выливалася,
Подо мною конь на коленца пал.
Тут я Господу Богу взмолился:
«Унеси меня, Господи, от нахвальщика!»
Подо мной тут конь посправился,
Уехал я от нахвальщика
И приехал сюда, на заставу богатырскую.
Говорит Илья Муромец:
— Больше некем замениться,
Видно, ехать атаману самому!
Походит Илья на конюший двор,
Имает Илья добра коня,
Уздает в уздечку тесмянную,
Седлает в седелышко черкаское,
В торока вяжет палицу боёвую,
Она свесом та палица девяноста пуд,
На бедры берет саблю вострую,
Во руки берет плеть шелковую,
Поезжает на гору Сорочинскую;
Посмотрел из кулака молодецкого,
Увидел на поле чернизину,
Поехал прямо на чернизину,
Вскричал зычным, громким голосом:
— Вор, собака, нахвальщина!
Зачем нашу заставу проезжаешь,-
Мне, атаману Илье Муромцу, челом не бьешь?
Податаманью Добрыне Никитичу?
Есаулу Алеше в казну не кладешь
На всю нашу братью наборную?
Услышал вор-нахвальщина зычен голос,
Поворачивал нахвальщина добра коня,
Попущал на Илью Муромца.
Илья Муромец не удробился.
Съехался Илья с нахвальщиком:
Впервые палками ударились,-
У палок цевья отломалися,
Друг дружку не ранили;
Саблями вострыми ударились,-
Востры сабли приломалися,
Друг дружку не ранили;
Вострыми копьями кололись,-
Друг дружку не ранили;
Бились, дрались рукопашным боем,
Бились, дрались день до вечера,
С вечера бьются до полуночи,
Со полуночи бьются до бела света.
Махнет Илейко ручкой правою,-
Поскользит у Илейка ножка левая,
Пал Илья на сыру землю;
Сел нахвальщина на белы груди,
Вынимал чинжалищё булатное,
Хочет вспороть груди белыя,
Хочет закрыть очи ясныя,
По плеч отсечь буйну голову.
Еще стал нахвальщина наговаривать:
— Старый ты старик, старый, матерый!
Зачем ты ездишь на чисто поле?
Будто некем тебе, старику, замениться?
Ты поставил бы себе келейку
При той путе — при дороженьке,
Сбирал бы ты, старик, во келейку,
Тут бы, старик, сыт-питанён был.
Лежит Илья под богатырем,
Говорит Илья таково слово:
— Да неладно у святых отцёв написано,
Не ладно у апостолов удумано,
Написано было у святых отцёв,
Удумано было у апостолов:
«Не бывать Илье в чистом поле убитому»,
А теперь Илья под богатырем!
Лежучи у Ильи втрое силы прибыло:
Махнёт нахвальщику в белы груди,
Вышибал выше дерева жарового,
Пал нахвальщина на сыру землю,
В сыру землю ушел допояс,
Вскочил Илья на развы ноги,
Сел нахвальщине на белы груди.
Недосуг Илюхе много спрашивать,-
Скоро спорол груди белыя,
Скоро затырил очи ясныя,
По плеч отсек буйну голову,
Воткнул на копье на булатное,
Повез на заставу богатырскую.
Добрыня Никитич встречает Илью Муромца
Со своей братьей приборною.
Илья бросил голову о сыру землю,
При своей братье похваляется:
— Ездил во поле тридцать лет,-
Экого чуда не наезживал!
Но отбросим примитивные метафоры.
Когда хотят показать перманентное состояние человека, то не разделяют временные пороги.
Грубо говоря, нужно было написать:
«Поэт круглосуточно пьян/трезв/весел/грустен/и вообще».
Азы, однако.
Ага, акромя кошек и собак, у бабушки есть еще другие домашние животные – глисты. Кормятся с ней заодно, спят они вместе и вообще.
А тут один заболел, бедненький.
Обратилась в ветклинику – там вызвали санитаров из психушки…
Это не «разбор», это очевидное.
Тут дело несколько в другом – в умышленном подмене понятий.
Почему положительный термин «национализм» вдруг превратился в нечто отрицательное?
С какого перепугу у основной массы народонаселения в головах засело: «антисемит» — это тот, кто не любит евреев»? (Хотя, собственно, евреев любить никто и не обязан, как и, скажем, чукчей или датчан).
И я, и многие мои соратники – писатели-поэты, и мои коллеги по службе, все мы сделали однозначный вывод:
И гришка и его окружение – не только не умеют сочинять стихи, они еще мало представляют, о чем пишут.
Вот, допустим, вышеозначенная старушка выращивает цветочки и содержит домашних животных (слонов, сетчатых питонов, гренландских китов собак там, кошек всяких), дык, кто ей мешает строчить именно об них?
Нет же, бабушку тянет в те сферы, в которых она ни черта не понимает.
Поэтому и выглядит глупой.
Зато доставляет нам немало лузлов.
Мне наплевать на США с его департаментами и сионистские заморочки меня тоже не волнуют.
А, вот, отрицательное инородное влияние на Русскую Культуру – таки да, очень не нравится. Впрочем, как и аналогичное влияние на жизнь в этой стране.
Еще мне совершенно не импонируют индивидуальные черты, присущи только липцам и его окружению – шовинизм, ложь, подлость, трусость, клеветничество, доносительство в особо крупных размерах, необоснованная амбициозность, истерия, плохое воспитание и т.д.
Знаете, если бы я был бы жидом, и зарабатывал на том, что выявлял признаки «атисемитизЬма» в российском Инете, то давно бы уже обогатился.
Видимо, гришка and компашка работают спустя рукава…
Люди добрые, атеисты и верующие, ученые и сантехники, колхозники и космонавты, но, особенно, гельминтологи!
Просветите кто-нибудь меня неразумного, что такое «черствый глист»?!..
)))
Поэт и днём, и по ночам
Весь, как сосуд разбитый.
А как «сосуТ разбитый»?
)))
(Но, это ладно, оставим бабушкины эротические фантазии), ВЕСЬ как СОСУД РАЗБИТЫЙ – оно как именно, а?
Ну, почему же? В русском языке около полумиллиона слов – сколько из них можно всякого интересного сочинить – никому не известно.
)))
Об пародиях.
Не особый сторонник данного жанра. Мне он кажется относительно легким в плане выбора сюжета.
Хотя, знаю, что качественную пародию написать весьма трудно.
Нет у липца ни к кому любви – ведь ежели он не будет облизывать своих vis-à-vis, об гришке быстренько забудут.
Заметили, что его коронные фишки – приглашать «на новенькое» и плакаться «что-то ты давно ко мне не заходил»?
Ах, да…
«ХОЧУ СКАЗАТЬ ОБ ОДНОМ ПРИНЦИПИАЛЬНОМ МОМЕНТЕ, КАСАЮЩЕМСЯ МОИХ ИЗБРАННЫХ. ДАМЫ И ГОСПОДА, Я АБСОЛЮТНО НЕ ПРЕТЕНДУЮ НА АЛАВЕРДЫ В РЕЦЕНЗИЯХ, В ОТВЕТ НА МОИ — ВАШИХ НЕ ПРОШУ, НО ВОТ НА ЧТО Я РЕАЛЬНО ПРЕТЕНДУЮ — ТАК ЭТО НА ПЕРИОДИЧЕСКИЕ ПОСЕЩЕНИЯ МОИМИ ИЗБРАННЫМИ МОЕЙ СТРАНИЦЫ. ЕСЛИ В ТЕЧЕНИЕ ДОЛГОГО ВРЕМЕНИ Я НЕ УВИЖУ СВОЕГО ИЗБРАННОГО В СПИСКЕ ЧИТАТЕЛЕЙ, ТО МОГУ ЕГО И УДАЛИТЬ ИЗ СВОЕГО «БЕЛОГО» СПИСКА. ЕСТЬ ОПРЕДЕЛЁННАЯ ЭТИКА ВЗАИМООТНОШЕНИЙ НА САЙТЕ — И К НЕЙ Я ОТНОШУСЬ ТРЕПЕТНО ((*_*)) КАК УВАЖИТЕЛЬНАЯ ПРИЧИНА «НЕЗАХОДА» КО МНЕ, ПРИНИМАЮТСЯ ДВА ФАКТА: 1.ЧЕЛОВЕК НЕ ЗНАЕТ, ЧТО НАХОДИТСЯ В МОЁМ СПИСКЕ ИЗБРАННЫХ. 2.ЧЕЛОВЕК НЕ ЗАХОДИТ НЕ ТОЛЬКО КО МНЕ, НО ВООБЩЕ В ТЕЧЕНИЕ ДОЛГОГО ВРЕМЕНИ НЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ НА САЙТЕ. В ЭТИХ СЛУЧАЯХ, РАЗУМЕЕТСЯ, АВТОРЫ НЕ ВИНОВАТЫ И УДАЛЕНИЮ ИЗ СПИСКА ИЗБРАННЫХ НЕ ПОДЛЕЖАТ».
Какому нормальному человеку придет в голову писать подобное?
Об Каине и Кее.
Мне эта несуразица тоже бросилась в глаза.
Оспидя, аффтар еще бы Винни Пуха приплел до кучи…
Погнали.
«Образ собирательный. Посвящается всем националистам и расистам Рунета».
«Национализм (фр. nationalisme) – идеология и направление политики, основополагающим принципом которых является тезис о ценности нации как высшей формы общественного единства, её первичности в государствообразующем процессе. Как политическое движение национализм стремится к отстаиванию интересов определённой национальной общности в отношениях с государственной властью.
В своей основе национализм проповедует верность и преданность своей нации, политическую независимость и работу на благо собственного народа, культурное и духовное возрастание, объединение национального самосознания для практической защиты условий жизни нации, её территории проживания, экономических ресурсов и духовных ценностей. Он опирается на национальное чувство, которое родственно патриотизму. Эта идеология стремится к объединению различных слоёв общества, невзирая на противоположные классовые интересы» (Букварь).
Т.е., национализм – это очень даже неплохо.
Но у старушки в голове кавардак, она не может осознать, что «национализм» – одно, а «ксенофобия» и «шовинизм» — совсем другое.
Явные примеры шовинизма и ксенофобии наличествуют в торе.
Книжка общедоступна, называется «ветхий завет», открываем, читаем:
«Расизм – доктрина и идеология, утверждающие физическую и психическую неравноценность человеческих рас» (тоже Букварь).
В мире существует пять рас:
австрало-веддоидная раса
американоидная раса
европеоидная раса,
монголоидная раса
негроидная раса.
Вопрос:
Какая конкретная раса вызывает бабушкино недовольство, а какая – сочувствие?
Думать надо головой, прежде чем выдавать на гора всякие сакраментальные фразы типа
«Образ собирательный. Посвящается всем националистам и расистам Рунета».
Еремей – производное от егудимского (еврейского) имени Иеремия («вознесенный Яхве»).
Почему было использовано именно оно, да еще в двойственном сочетании с именем Ерофей – уму не растяжимо.
Булгарин…
Был такой интересный персонаж в русской литературе… Поляк, между прочим. Фаддей Венедиктович.
Вот фрагмент из его «Воспоминаний»:
«После обеда все мы перешли в так называемую турецкую комнату или диванную, где охотникам подали трубки. Я почел неприличным курить, находясь в первый раз в гостях у такого вельможи. Курили только старики. Зашла речь о жидах. Князь Иосиф Понятовский защищал их, и старый генерал Заиончек заметил с улыбкой, что гораздо легче защищать жидовок, нежели жидов. Князь понял намек и засмеялся, сказав, что верно генерал Заиончек вспомнил о польском короле Казимире Великом, который из любви к жидовке Эстерке, покровительствовал жидам. Когда дошло до военнослужащих из жидов, генерал Заиончек сказал, что даже лучшие офицеры из жидов не могут отстать от торгашества и от привычки отдавать деньги в рост. В пример противного, князь назвал подполковника Берко, или Берковича, сказав, что это был истинный герой. Я спросил у одного из офицеров, кто этот иерусалимский герой, и узнал, что это был жид, который формировал жидовский легион в Варшаве в 1794 году; потом служил в Итальянско-польском легионе и во французской службе, дослужился до капитанского чина, был произведен в подполковники в Конно-егерском полку, когда сформировано польское войско в 1807 году; отличился в кампании 1809 года против австрийцев и убит в том самом городе, в котором родился, в Коцке на реке Вепре. Он расположился на ночлег с двумя эскадронами, созвал всех своих родных и задал им пир, не предвидя никакой опасности. Несколько эскадронов венгерских гусар перешли вплавь через реку, обогнули местечко (то есть городишко) и напали ночью врасплох на беспечных поляков. Полковник Берко успел собрать с сотню своих егерей и пошел напробой. Дрались с обеих сторон отчаянно и Берку изрубили, как говорится, в куски. Жиды похоронили его за городом с великими почестями и над его могилой насыпали высокий курган, который, вероятно, и до сих пор существует.
Берко, как я мог заключить из всех рассказов о нем, принадлежал к весьма редким явлениям в еврейском мире. С необыкновенною храбростью Берко соединял в себе редкое чистосердечие, бескорыстие и добродушие. Храбры были и древние евреи во время войн Веспасиана и Тита, но чистосердечием и бескорыстием они никогда не отличались. Берко не получил школьного образования, но, имея природный ум, как говорится, понатерся между людьми, и в обществах был, как и все другие. Офицеры и солдаты уважали и любили его. Он твердо придерживался Моисеева закона касательно главных пунктов веры, но ел все, не разбирая; что треф, что кошер, не употребляя, однако ж, в пищу мяса животных, запрещенного Моисеем». u.to/60KAEQ
Само стехотворение разбирать не хочу, хотя оно полно ляпов и вполне тянет на какую-нибудь Сталинскую анти-премию,
Но, вот что особенно позабавило с точки зрения «все народы равны между собой»:
Ерофей-Еремей Булгарин!
Платят все, коли ты не знал:
Равно русский, таджик, татарин…
С уваженьем. Водоканал.
Чисто гипотетически:
русский – православный,
а таджик и татарин – мусульмане.
Почему мусульман – двое?
Не правда ли, куда как справедливее было бы написать:
«Равно русский, еврей, татарин»?
И включить в компанию какого-нибудь бурята-буддиста.
Но, нельзя – липец не одобрит еврея в такой компании, иначе кто будет виноват во всех его бедах?
Об оригинале.
Читая подобное, всегда хочется спросить: что курит автор?
Об липце.
Подлизнул, да. Но, как всегда, с подвыпертом: мол, товарищ Аня, ты подражаешь моей любимой Солдатенко.
Получив отрицательный ответ, вывернулся «или я плохо чувствую стиль».
Но гришка ничего не чувствует – ни стиля, ни ритма, ничего вообще.
Зато надувается, как индюк и с особой важностью раздает советы, в которых никто не нуждается.
Так что, последую-ка я его плохому примеру…
Посмотрите «Кай и Каин швыряют осколки» – читается «каикаин».
Русская народная былина
Илья Муромец и Жидовин
Под славным городом под Киевом,
На тех на степях на Цицарскиих,
Под славным городом под Киевом,
Стояла застава богатырская.
На заставе атаман был Илья Муромец,
Податаманье был Добрыня Никитич млад,
Есаул Алеша Поповский сын,
Еще был у них Гришка Боярский сын,
Был у них Васька Долгополой.
Все были братцы в разъездьице:
Гришка Боярский в те пор кравчим жил,
Алеша Попович ездил в Киев-град,
Илья Муромец был в чистом поле,
Спал в белом шатре,
Добрыня Никитич ездил ко синю морю,
Ко синю морю ездил за охотою,
За той ли за охотой за молодецкою,
На охоте стрелять гусей, лебедей.
Едет Добрыня из чиста поля,
В чистом поле увидел ископоть великую,
Ископоть велика — полпечи.
учал он ископоть досматривать:
— Еще что же то за богатырь ехал?
Из этой земли из Жидовския
Проехал Жидовин могуч богатырь
На эти степи Цицарския!
Приехал Добрыня в стольный Киев-град,
Прибирал свою братию приборную:
— Ой вы гой еси, братцы-ребятушки!
Мы что на заставушке устояли.
Что на заставушке углядели?
Мимо нашу заставу богатырь ехал!
Собирались они на заставу богатырскую.
Стали думу крепкую думати:
Кому ехать за нахвальщиком?
Положили на Ваську Долгополого.
Говорит большой богатырь Илья Муромец,
Свет атаман сын Иванович:
— Неладно, ребятушки, положили;
У Васьки полы долгия,
По земле ходит Васька — заплетается,
На бою на драке заплетется,
Погинет Васька по-напрасному.
Положили на Гришку на Боярского:
Гришке ехать за нахвальщиком,
Настигать нахвальщика в чистом поле.
Говорит большой богатырь Илья Муромец,
Свет атаман сын Иванович:
— Неладно, ребятушки, удумали,
Гришка рода боярского:
Боярские роды хвастливые,
На бою-драке призахвастается,
Погинет Гришка по-напрасному.
Положились на Алешу на Поповича:
Алешке ехать за нахвальщиком,
Настигать нахвальщика в чистом поле,
Побить нахвальщика на чистом поле.
Говорит большой богатырь Илья Муромец,
Свет атаман сын Иванович:
— Неладно, ребятушки, положили:
Алешинька рода поповского,
Поповские глаза завидущие,
Поповские руки загребущие,
Увидит Алеша на нахвальщике
Много злата, серебра,-
Злату Алеша позавидует,
Погинет Алеша по-напрасному.
Положили на Добрыню Никитича:
Добрынюшке ехать за нахвальщиком,
Настигать нахвальщика в чистом поле,
Побить нахвальщика на чистом поле,
По плеч отсечь буйну голову,
Повезти на заставу богатырскую.
Добрыня того не отпирается.
Походит Добрыня на конюший двор,
Имает Добрыня добра коня,
Уздает в уздечку тесмянную.
Седлает в седелышко черкеское,
В тороках вяжет палицу боевую,
Она свесом та палица девяносто пуд,
На бедры берет саблю вострую,
В руки берет плеть шелковую,
Поезжает на гору Сорочинскую.
Посмотрел из трубочки серебряной:
Увидел на поле чернизину;
Поехал прямо на чернизину,
Кричал зычным, звонким голосом:
— Вор, собака, нахвальщина!
Зачем нашу заставу проезжаешь,
Атаману Илье Муромцу не бьешь челом?
Податаману Добрыне Никитичу?
Есаулу Алеше в казну не кладешь
На всю нашу братию наборную?
Учул нахвальщина зычен голос,
Поворачивал нахвальщина добра коня,
Попущал на Добрыню Никитича.
Сыра мать-земля всколебалася,
Из озер вода выливалася,
Под Добрыней конь на коленца пал.
Добрыня Никитич млад
Господу Богу возмолится
И Мати Пресвятой Богородице:
— Унеси, Господи, от нахвальщика.
Под Добрыней конь посправился,
Уехал на заставу богатырскую.
Илья Муромец встречает его
Со братиею со приборною.
Сказывает Добрыня Никитич млад:
— Как выехал на гору Сорочинскую,
Посмотрел из трубочки серебряной,
Увидел на поле чернизину,
Поехал прямо на чернизину,
Кричал громким, зычным голосом:
«Вор, собака, нахвальщина!
Зачем ты нашу заставу проезжаешь,
Атаману Илье Муромцу не бьешь челом?
Податаманью Добрыне Никитичу?
Есаулу Алеше в казну не кладешь
На всю нашу братью на приборную?»
Услышал вор-нахвальщина зычен голос,
Поворачивал нахвальщина добра коня,
Попущал на меня, добра молодца:
Сыра мать-земля всколыбалася,
Из озер вода выливалася,
Подо мною конь на коленца пал.
Тут я Господу Богу взмолился:
«Унеси меня, Господи, от нахвальщика!»
Подо мной тут конь посправился,
Уехал я от нахвальщика
И приехал сюда, на заставу богатырскую.
Говорит Илья Муромец:
— Больше некем замениться,
Видно, ехать атаману самому!
Походит Илья на конюший двор,
Имает Илья добра коня,
Уздает в уздечку тесмянную,
Седлает в седелышко черкаское,
В торока вяжет палицу боёвую,
Она свесом та палица девяноста пуд,
На бедры берет саблю вострую,
Во руки берет плеть шелковую,
Поезжает на гору Сорочинскую;
Посмотрел из кулака молодецкого,
Увидел на поле чернизину,
Поехал прямо на чернизину,
Вскричал зычным, громким голосом:
— Вор, собака, нахвальщина!
Зачем нашу заставу проезжаешь,-
Мне, атаману Илье Муромцу, челом не бьешь?
Податаманью Добрыне Никитичу?
Есаулу Алеше в казну не кладешь
На всю нашу братью наборную?
Услышал вор-нахвальщина зычен голос,
Поворачивал нахвальщина добра коня,
Попущал на Илью Муромца.
Илья Муромец не удробился.
Съехался Илья с нахвальщиком:
Впервые палками ударились,-
У палок цевья отломалися,
Друг дружку не ранили;
Саблями вострыми ударились,-
Востры сабли приломалися,
Друг дружку не ранили;
Вострыми копьями кололись,-
Друг дружку не ранили;
Бились, дрались рукопашным боем,
Бились, дрались день до вечера,
С вечера бьются до полуночи,
Со полуночи бьются до бела света.
Махнет Илейко ручкой правою,-
Поскользит у Илейка ножка левая,
Пал Илья на сыру землю;
Сел нахвальщина на белы груди,
Вынимал чинжалищё булатное,
Хочет вспороть груди белыя,
Хочет закрыть очи ясныя,
По плеч отсечь буйну голову.
Еще стал нахвальщина наговаривать:
— Старый ты старик, старый, матерый!
Зачем ты ездишь на чисто поле?
Будто некем тебе, старику, замениться?
Ты поставил бы себе келейку
При той путе — при дороженьке,
Сбирал бы ты, старик, во келейку,
Тут бы, старик, сыт-питанён был.
Лежит Илья под богатырем,
Говорит Илья таково слово:
— Да неладно у святых отцёв написано,
Не ладно у апостолов удумано,
Написано было у святых отцёв,
Удумано было у апостолов:
«Не бывать Илье в чистом поле убитому»,
А теперь Илья под богатырем!
Лежучи у Ильи втрое силы прибыло:
Махнёт нахвальщику в белы груди,
Вышибал выше дерева жарового,
Пал нахвальщина на сыру землю,
В сыру землю ушел допояс,
Вскочил Илья на развы ноги,
Сел нахвальщине на белы груди.
Недосуг Илюхе много спрашивать,-
Скоро спорол груди белыя,
Скоро затырил очи ясныя,
По плеч отсек буйну голову,
Воткнул на копье на булатное,
Повез на заставу богатырскую.
Добрыня Никитич встречает Илью Муромца
Со своей братьей приборною.
Илья бросил голову о сыру землю,
При своей братье похваляется:
— Ездил во поле тридцать лет,-
Экого чуда не наезживал!
Разбили фашистов и этих разобьем.
)))
Они и так попрятались в траве;
Не нужно бомб (ответят рикошетом) –
Дадим им всем веслом по голове.
)))
)))
)))
Поэт и днем, и по ночам
Весь, как сосуд разбитый.©
А по утрам и вечерам –
Как целенький сосуд.
)))
Но отбросим примитивные метафоры.
Когда хотят показать перманентное состояние человека, то не разделяют временные пороги.
Грубо говоря, нужно было написать:
«Поэт круглосуточно пьян/трезв/весел/грустен/и вообще».
Азы, однако.
)))
)))
А тут один заболел, бедненький.
Обратилась в ветклинику – там вызвали санитаров из психушки…
Поэты с точки зрения бабушки:
)))
Тут дело несколько в другом – в умышленном подмене понятий.
Почему положительный термин «национализм» вдруг превратился в нечто отрицательное?
С какого перепугу у основной массы народонаселения в головах засело: «антисемит» — это тот, кто не любит евреев»? (Хотя, собственно, евреев любить никто и не обязан, как и, скажем, чукчей или датчан).
И я, и многие мои соратники – писатели-поэты, и мои коллеги по службе, все мы сделали однозначный вывод:
И гришка и его окружение – не только не умеют сочинять стихи, они еще мало представляют, о чем пишут.
Вот, допустим, вышеозначенная старушка выращивает цветочки и содержит домашних животных (слонов, сетчатых питонов, гренландских китов собак там, кошек всяких), дык, кто ей мешает строчить именно об них?
Нет же, бабушку тянет в те сферы, в которых она ни черта не понимает.
Поэтому и выглядит глупой.
Зато доставляет нам немало лузлов.
)))
И уже уволен с работы.
)))
А, вот, отрицательное инородное влияние на Русскую Культуру – таки да, очень не нравится. Впрочем, как и аналогичное влияние на жизнь в этой стране.
Еще мне совершенно не импонируют индивидуальные черты, присущи только липцам и его окружению – шовинизм, ложь, подлость, трусость, клеветничество, доносительство в особо крупных размерах, необоснованная амбициозность, истерия, плохое воспитание и т.д.
Знаете, если бы я был бы жидом, и зарабатывал на том, что выявлял признаки «атисемитизЬма» в российском Инете, то давно бы уже обогатился.
Видимо, гришка and компашка работают спустя рукава…
)))
Просветите кто-нибудь меня неразумного, что такое «черствый глист»?!..
)))
Поэт и днём, и по ночам
Весь, как сосуд разбитый.
А как «сосуТ разбитый»?
)))
(Но, это ладно, оставим бабушкины эротические фантазии), ВЕСЬ как СОСУД РАЗБИТЫЙ – оно как именно, а?
)))
)))
Об пародиях.
Не особый сторонник данного жанра. Мне он кажется относительно легким в плане выбора сюжета.
Хотя, знаю, что качественную пародию написать весьма трудно.
)))
Заметили, что его коронные фишки – приглашать «на новенькое» и плакаться «что-то ты давно ко мне не заходил»?
Ах, да…
«ХОЧУ СКАЗАТЬ ОБ ОДНОМ ПРИНЦИПИАЛЬНОМ МОМЕНТЕ, КАСАЮЩЕМСЯ МОИХ ИЗБРАННЫХ. ДАМЫ И ГОСПОДА, Я АБСОЛЮТНО НЕ ПРЕТЕНДУЮ НА АЛАВЕРДЫ В РЕЦЕНЗИЯХ, В ОТВЕТ НА МОИ — ВАШИХ НЕ ПРОШУ, НО ВОТ НА ЧТО Я РЕАЛЬНО ПРЕТЕНДУЮ — ТАК ЭТО НА ПЕРИОДИЧЕСКИЕ ПОСЕЩЕНИЯ МОИМИ ИЗБРАННЫМИ МОЕЙ СТРАНИЦЫ. ЕСЛИ В ТЕЧЕНИЕ ДОЛГОГО ВРЕМЕНИ Я НЕ УВИЖУ СВОЕГО ИЗБРАННОГО В СПИСКЕ ЧИТАТЕЛЕЙ, ТО МОГУ ЕГО И УДАЛИТЬ ИЗ СВОЕГО «БЕЛОГО» СПИСКА. ЕСТЬ ОПРЕДЕЛЁННАЯ ЭТИКА ВЗАИМООТНОШЕНИЙ НА САЙТЕ — И К НЕЙ Я ОТНОШУСЬ ТРЕПЕТНО ((*_*)) КАК УВАЖИТЕЛЬНАЯ ПРИЧИНА «НЕЗАХОДА» КО МНЕ, ПРИНИМАЮТСЯ ДВА ФАКТА: 1.ЧЕЛОВЕК НЕ ЗНАЕТ, ЧТО НАХОДИТСЯ В МОЁМ СПИСКЕ ИЗБРАННЫХ. 2.ЧЕЛОВЕК НЕ ЗАХОДИТ НЕ ТОЛЬКО КО МНЕ, НО ВООБЩЕ В ТЕЧЕНИЕ ДОЛГОГО ВРЕМЕНИ НЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ НА САЙТЕ. В ЭТИХ СЛУЧАЯХ, РАЗУМЕЕТСЯ, АВТОРЫ НЕ ВИНОВАТЫ И УДАЛЕНИЮ ИЗ СПИСКА ИЗБРАННЫХ НЕ ПОДЛЕЖАТ».
Какому нормальному человеку придет в голову писать подобное?
Об Каине и Кее.
Мне эта несуразица тоже бросилась в глаза.
Оспидя, аффтар еще бы Винни Пуха приплел до кучи…
)))
Погнали.
«Образ собирательный. Посвящается всем националистам и расистам Рунета».
«Национализм (фр. nationalisme) – идеология и направление политики, основополагающим принципом которых является тезис о ценности нации как высшей формы общественного единства, её первичности в государствообразующем процессе. Как политическое движение национализм стремится к отстаиванию интересов определённой национальной общности в отношениях с государственной властью.
В своей основе национализм проповедует верность и преданность своей нации, политическую независимость и работу на благо собственного народа, культурное и духовное возрастание, объединение национального самосознания для практической защиты условий жизни нации, её территории проживания, экономических ресурсов и духовных ценностей. Он опирается на национальное чувство, которое родственно патриотизму. Эта идеология стремится к объединению различных слоёв общества, невзирая на противоположные классовые интересы» (Букварь).
Т.е., национализм – это очень даже неплохо.
Но у старушки в голове кавардак, она не может осознать, что «национализм» – одно, а «ксенофобия» и «шовинизм» — совсем другое.
Явные примеры шовинизма и ксенофобии наличествуют в торе.
Книжка общедоступна, называется «ветхий завет», открываем, читаем:
u.to/UDeAEQ
«Расизм – доктрина и идеология, утверждающие физическую и психическую неравноценность человеческих рас» (тоже Букварь).
В мире существует пять рас:
австрало-веддоидная раса
американоидная раса
европеоидная раса,
монголоидная раса
негроидная раса.
Вопрос:
Какая конкретная раса вызывает бабушкино недовольство, а какая – сочувствие?
Думать надо головой, прежде чем выдавать на гора всякие сакраментальные фразы типа
«Образ собирательный. Посвящается всем националистам и расистам Рунета».
Еремей – производное от егудимского (еврейского) имени Иеремия («вознесенный Яхве»).
Почему было использовано именно оно, да еще в двойственном сочетании с именем Ерофей – уму не растяжимо.
Булгарин…
Был такой интересный персонаж в русской литературе… Поляк, между прочим. Фаддей Венедиктович.
Вот фрагмент из его «Воспоминаний»:
«После обеда все мы перешли в так называемую турецкую комнату или диванную, где охотникам подали трубки. Я почел неприличным курить, находясь в первый раз в гостях у такого вельможи. Курили только старики. Зашла речь о жидах. Князь Иосиф Понятовский защищал их, и старый генерал Заиончек заметил с улыбкой, что гораздо легче защищать жидовок, нежели жидов. Князь понял намек и засмеялся, сказав, что верно генерал Заиончек вспомнил о польском короле Казимире Великом, который из любви к жидовке Эстерке, покровительствовал жидам. Когда дошло до военнослужащих из жидов, генерал Заиончек сказал, что даже лучшие офицеры из жидов не могут отстать от торгашества и от привычки отдавать деньги в рост. В пример противного, князь назвал подполковника Берко, или Берковича, сказав, что это был истинный герой. Я спросил у одного из офицеров, кто этот иерусалимский герой, и узнал, что это был жид, который формировал жидовский легион в Варшаве в 1794 году; потом служил в Итальянско-польском легионе и во французской службе, дослужился до капитанского чина, был произведен в подполковники в Конно-егерском полку, когда сформировано польское войско в 1807 году; отличился в кампании 1809 года против австрийцев и убит в том самом городе, в котором родился, в Коцке на реке Вепре. Он расположился на ночлег с двумя эскадронами, созвал всех своих родных и задал им пир, не предвидя никакой опасности. Несколько эскадронов венгерских гусар перешли вплавь через реку, обогнули местечко (то есть городишко) и напали ночью врасплох на беспечных поляков. Полковник Берко успел собрать с сотню своих егерей и пошел напробой. Дрались с обеих сторон отчаянно и Берку изрубили, как говорится, в куски. Жиды похоронили его за городом с великими почестями и над его могилой насыпали высокий курган, который, вероятно, и до сих пор существует.
Берко, как я мог заключить из всех рассказов о нем, принадлежал к весьма редким явлениям в еврейском мире. С необыкновенною храбростью Берко соединял в себе редкое чистосердечие, бескорыстие и добродушие. Храбры были и древние евреи во время войн Веспасиана и Тита, но чистосердечием и бескорыстием они никогда не отличались. Берко не получил школьного образования, но, имея природный ум, как говорится, понатерся между людьми, и в обществах был, как и все другие. Офицеры и солдаты уважали и любили его. Он твердо придерживался Моисеева закона касательно главных пунктов веры, но ел все, не разбирая; что треф, что кошер, не употребляя, однако ж, в пищу мяса животных, запрещенного Моисеем».
u.to/60KAEQ
Само стехотворение разбирать не хочу, хотя оно полно ляпов и вполне тянет на какую-нибудь Сталинскую анти-премию,
Но, вот что особенно позабавило с точки зрения «все народы равны между собой»:
Ерофей-Еремей Булгарин!
Платят все, коли ты не знал:
Равно русский, таджик, татарин…
С уваженьем. Водоканал.
Чисто гипотетически:
русский – православный,
а таджик и татарин – мусульмане.
Почему мусульман – двое?
Не правда ли, куда как справедливее было бы написать:
«Равно русский, еврей, татарин»?
И включить в компанию какого-нибудь бурята-буддиста.
Но, нельзя – липец не одобрит еврея в такой компании, иначе кто будет виноват во всех его бедах?
)))
Читая подобное, всегда хочется спросить: что курит автор?
Об липце.
Подлизнул, да. Но, как всегда, с подвыпертом: мол, товарищ Аня, ты подражаешь моей любимой Солдатенко.
Получив отрицательный ответ, вывернулся «или я плохо чувствую стиль».
Но гришка ничего не чувствует – ни стиля, ни ритма, ничего вообще.
Зато надувается, как индюк и с особой важностью раздает советы, в которых никто не нуждается.
Так что, последую-ка я его плохому примеру…
Посмотрите «Кай и Каин швыряют осколки» – читается «каикаин».
)))
Интересно, а какого она пола?
)))
– Я в Канаду удрал втихаря.
– Я в Израиль проход раскопала.
– Воспеваем, активно хитря,
Щи and квас дружной мощью кагала.
«Воспеваем», конечно, вразброд –
Нет таланта (виним афазию);
Наплевать нам на русский народ –
Мы беспамятно любим Россию.
Знаем точно: что-где на Руси
Происходит – а как же иначе?
(Зря вы скалитесь, гои, еси! –
Возмущаться не нужно тем паче!).
О событиях судим весьма
Объективно – мы ж, бля, за границей! –
Не хлебаем в столовках дерьма –
Объедаемся халой и пиццей.
Рассуждаем о русской душе –
Нет приятнее для инородца
Оскорбить, применяя клише,
Ну, а дальше – оно, как придется.
Ненавидим Советский Союз –
Сталин нам – словно дрыном по жопе;
«Ленька Брежнев – мудак; Путин – туз», –
Разухабисто воем в нон-стопе.
А уж в Русской Поэзии мы
Понимаем куда больше русских –
И блистаем лучами средь тьмы
(Только, жаль, в направлениях узких).
Кто не любит нас – тот идиот,
Но поступим уродам на благо –
Отщепенцев возьмем в оборот –
Не один пострадает бедняга».
***
Что ж, любить – так любить… Аж до слез
Обожала Россию Европа…
Но задам я свой скромный вопрос:
– Эй, что сделали вы для хип-хопа? –
На диване в Торонтах воссев,
Или в Хайфах спеша на работу,
Горделиво вопя нараспев:
«Патриотами быть нам в охоту! –
Наш девиз «Я Россию люблю!»»,
Только как и зачем – не понятно,
Разрыдались, исторгли соплю…
(А на русской поэзии – пятна),
Ныли муторно наперекор
Всей стране; вдруг сбежали, иуды!
…Повылазили нынче из нор
Вдалеке от Руси чуды-юды.
Возвернитесь, ребятки, назад –
Проявите себя вместе с нами,
Ведь у нас здесь заводы стоят,
И поля заросли сорняками.
Возвратитесь, вложите свой «пыл»
В процветание нашей Державы.
Что, слабо? Пафос быстро остыл?..
И отмазки гнусаво-картавы.
Вот, чтоб подвиг какой совершить –
Если чувства свербят – как иначе?
Ах, любовь… Не сплелась, значит, нить –
Нет и в мыслях о самоотдаче.
…Да, трындеть в Интернете – одно,
И пускать всем в глаза тонны пыли;
Вам Россию любить не дано –
Вы ее никогда не любили.
domstihov.org/satire_and_humor/2015/08/24/lyubitelyam-rossii.html
)))